Как я отдалась вепрю

(моя эротическая проза)

(первый эротический и правдивый рассказ)

►Продолжение

начало

    Иду, а у самой что-то типа истерики: на кухне незнакомый мужик по вызову остался, мою капусту жрёт, а в ванной грязные тряпки полощутся - ему даже ополоснуться-подмыться негде! Проблема. Хотя с боярышником мне и подфартило, всё равно какой-то лёгкий мандраж. Да, на первом свидании такое бывает: и смех, и слёзы, и страх, и лёгкая щекотка в области солнечного сплетения. И животик даже как-то так дёргается, уфф. И мороз куда-то исчез. И дырка на чулке успокаивает. Так и скажу ему: отвернитесь, мне нужно переодеться. И ещё скажу... Ишь ты, быстрая какая, компьютер-то не отключила, трафик в пустоту вылетает. Ладно, может он там пошарится, возбудится... как бы не перевозбудился... Не удерживаюсь, и прямо в подъезде один флакон опрокидываю. Вот, блять, запивку забыла. Я то не запиваю, печень берегу, а он, может, и не может ничего без запивки. Ни выпить толком, ни расслабиться после. Такой страх, такой страх: чой-то он сказал, что если кто будет звонить, то он не откроет? Хотя, правильно конечно. Разумно.

    Тихо вхожу. Как не к себе. Тихо. Очень тихо. В ванной никого. На кухне пусто. Захожу осторожно в комнату. Никого! Хоть плач - никого. Неужели обокрал? А чего взял? Нет, вот выходит из-за шторы: "Одна?" "Н-ну. Как видишь. Была бы не одна, не ходила бы перед тобой тут на цыпочках". "Взяла?" "А то". Я могу раздеться, спрашивает. Вот это да, вот это профессионал, о таком и мечтать-то было неловко. Киваю: раздевайся. Шёпотом говорю, эротично так, с былым придыханием, еле слышно, но отчётливо говорю: мне отвернуться? Как хочешь, - и снимает шерстяные носки. Снимет ещё одни носки, с мелкими дырочками, а под ними, если я всё правильно помню, ну ещё одни, чёрные и вполне приличные! А я как кролик перед удавом: стою и заворожено смотрю на все его плавно-медленные действия. Пялюсь на незнакомого мужика, который неторопливо раздевается в моей квартире. Скинул на пол ремень, стягивает брюки. Под брюками - адидасовские спортивные штаны. Снимает и штаны. Под штанами какие-то жалкие треники точь-в-точь как у Николая Петровича. А у меня уже где-то под ребром покалывает: неужели маньяк? Из тех маньяков, что всё делают расчётливо и без следов преступления, а потом показывают в хронике происшествий: девушка с Украины привела в дом двух незнакомцев кавказской внешности... Одним махом стягивает свитер с водолазкой, расстёгивает рубашку, под которой виднеется белоснежная майка... "Фу... пройдём?" Прошли на кухню, сели. Поправляю чёлку, а сама думаю: ишь как бережёт себя, сволочь, я в дырявых чулках в аптеку бегаю, а он за шторой моей амазонией любуется... Полить её, кстати, надо, пока не забыла... "Ты куда?" "Цветы полить, а то забуду". И тут он мне улыбнулся.

        И тут он мне улыбнулся. Так улыбнулся, ну, вы понимаете как. Так улыбнулся, что я сразу угадала его мысли. И ещё угадала, что он сильно заблуждается: я действительно шла полить амазонию. Он же принялся эстетствовать: взял с полки графин, протёр его рукавом, и осторожно-осторожно принялся переливать настойку в узкое горлышко графина. Что поделаешь, ну люблю я правильных мужчин! Снова загляделась, про поливку забыла, а он уже вежливо так, галантно и обходительно спрашивает: "Тебе сколько плеснуть?" "А вы как предпочитаете?" "А я предпочитаю в стакан, на три четверти. Где запивка?" "И мне тогда столько же. На три четверти". Думаете, он повторил свой вопрос про запивку? Или устроил мне скандал? Думаете, избил меня, и я теперь в больнице пишу мемуары? Или молча вышел? Нет! Он просто взял вилку. Просто, даже изящно насадил на вилку капустки, просто понюхал её и просто сказал: "Что ж... За знакомство". По радио в этот момент сообщили: в возрасте восьмидесяти четырёх лет скончался старейший писатель Америки Артур Хейли. И я, опешив и забыв, что происходит, прислонила ладонь к щеке. Вообще-то я хотела сесть и сжать обеими руками виски, но я уже держала стакан, я уже подносила его к губам, а он чуткий, спросил: "Любите литературу?" Я только кивнула и, резко и неслышно выдохнув, махом выпила. Села. Красиво вытерла губы. Я, честно говоря, сразу не закусываю. Он, оказывается, тоже. В этом мы сразу сошлись. Если я ничего не путаю, он так и сказал: "Мы с тобой будем как Генри Миллер и Анаис Нин". Я мысленно аж рот разинула. Если бы торопилась закусывать, обязательно поперхнулась бы. А он явно решил добить меня: "Будешь моей Анаис Нин?" А кто это, спрашиваю. В другой бы ситуации промолчала бы, но давно не пила такими стаканами, вот само собой сорвалось. А положение надо спасать, меня смех разбирает, в голову ударило, смеюсь так, как мужчин возбуждает, смеюсь чуточку похотливо, вызывающе, с намёком, смеюсь откровенно и безудержно, смеюсь долго, но с чувством, с хитрыми женскими уловками: то будто от боли мну свою левую грудь, то будто случайно касаюсь его правой коленки... Тебе плохо? - спрашивает. Ох, выкрутилась. "Я... я буду твоя Анаисовая Нина!" Ну-ну, - говорит, я то уже вижу: затосковал он со мной, срочно нужно ещё по одной разлить...

    Зря, конечно, в нужных местах не подбрила. Не для него, нет, для себя самой. Это как в правильной чайной церемонии: можно пить и с мудаками, но заваривать нужно с умом... А, чего уж там, проехали.

    Утром (вот дура-то) спрашиваю: "А кто это - твоя Анисовая Нина?" "Понятия не имею, - объясняет, - просто всякие наркоманы, неуравновешенные, извращённые и социально-опасные субъекты так выражаются. Это у них типа пароля". Молчу. Слишком для меня высокие материи, особенно в таком состоянии. А его состояние не лучше, давай в расслабленных чувствах мне жалиться: "Знаешь, сидишь на работе, отслеживаешь IP-адреса пользователей, фиксируешь, не приторговывает ли в нашем районе кто травкой, а они же шифруются каждую минуту. То это у них план, то ганжубас, то гандурас, то дудки, упоительная латино-американская музыка, культ Вуду, ширли-мырли, шуба-дуба, люля кебаб, дурдом на паравозе, гонец на переправе, а Рената Литвинова косила на четвёртом курсе под Беллу Ахмадулину... И это не всё. Весь хентай скачать бесплатно, взлом и безопасность, мегабайты отборного порно, проведу остаток вечера с чутким мужчиной, которой знает путь к сердцу женщины, подогретое сакэ и другую тошнотворную экзотику не предлагать, в ночном перовском парке не гулять, звёзды не считать, сама поэт со стажем, когда-то имела диплом, но душа выше всех наград и почестей. Приходи скорей, напои и обогрей, адресок пробить не составило труда. Голова так кругом пойдёт, что начинаешь придуриваться героем Филиппа Кэ Дика, это который пошёл в наркоманскую среду вычислить поставщиков... А вчера решил отключиться, но это уже после смены, дай, думаю, гляну, чего там с извращенцами на половой почве. Ба: а тут ты на форум приходишь. Пробиваю телефонную точку, и точно - район мой. Принял для храбрости семьсот пятьдесят, а напарник подзуживает: если ты не поедешь, поеду я. Всё равно девка хочет, а криминала здесь нет. Как нет, ору, она же ни своего адреса, ни своего домашнего телефона не оставила! Ну, жди, говорит, пока она с тобой спишется, жди, пока обменяетесь фотками, жди, пока она тебя в очередь запишет, а я поеду, посмотрю, что там за чучело такое. Ты уж прости. Нет, говорю ему, я нашёл, я и поеду. А он: давай жребий тянуть. Кукиш, говорю, моё. И почти не жалею".

    Так меня поимел оборотень в погонах, настоящий вепрь, хотя я плохо что помню.И приходил он ещё два раза, но приходил уже из служебной ревности - проверить, не припёрся ли ко мне его циничный напарник. Между нами ничего такого не было: один раз он принёс литровку "Белого орла", но даже не допил, второй раз мы дегустировали Мартини, я думала настоящий, а он прямо сказал: что ты, подделка, это же конфискат. После этого раза я дала себе слово больше его не пускать, но он, видимо, это понял. Должно ли мне быть стыдно? Или вы считаете, что я совсем потеряла человеческий облик со всеми дополнительными моральными устоями? Умоляю, напишите мне своё мнение. Пусть Ваше мнение будет самым жестоким, только не оставляйте меня - как поётся в известной песне Юрия Шевчука - в безмолвной пустоте...

БОЛЬШИЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ РАССКАЗЫ